Маленькая тайна утреннего парка

Утро в парке было особенным - таким, когда тишина кажется почти слышной. Тенистые аллеи ещё хранили ночную прохладу, и воздух был густым от свежести и запаха влажной листвы. Я шла не спеша, будто боялась спугнуть эту хрупкую тишину.
И вдруг из озера неторопливо, будто нехотя покидая привычную стихию, вышла черепаха. Ее движения были до смешного серьезными, важными, словно она совершала какой-то древний, только ей понятный ритуал. Выбравшись на берег, она уютно устроилась на прогретом солнцем участке земли и подставила своё маленькое тельце первым теплым лучам. В этой ее неподвижности было столько покоя, что мне вдруг захотелось тоже замереть и смотреть, как солнце ложится золотис-тыми пятнами на шершавый панцирь.
А чуть поодаль, у края аллеи, тихо работал разбрызгиватель: тонкие струи воды веером расходились над клумбами, и в каждом таком веере рождалась крошечная радуга. Этот тихий шелест воды смешивался с плеском у берега и далёким воркованием голубей. Казалось, будто сам парк умывается, стряхивает остатки сна и готовится к новому дню.
«Откуда ты здесь?», - мысленно спросила я черепаху. И тут же сама принялась придумывать ответы. Может, кто-то когда-то принес ее из дома, решив, что здесь, среди травы, воды и ветра, ей будет лучше. Или, может, она была чьей-то детской мечтой - ее носили в коробке, гладили по панцирю, а потом она ловко ускользнула, выбрав свободу. Эта маленькая загадка казалась вдруг очень важной, будто от нее зависело что-то большее, чем просто история одной черепахи.
Я стояла и смотрела, как черепаха нежится на солнце, и чувствовала, как уходит куда-то суета, тревоги, бесконечные списки дел. Оставались только утро, озеро, птица, черепаха.
А потом черепаха чуть пошевелилась, будто решила, что достаточно погрелась, и медленно, всё с той же невозмутимой важностью, поползла обратно к воде.
И я пошла дальше по аллее, унося с собой этот кусочек утра, словно что-то очень ценное. А позади, среди зелени, всё так же тихо рассыпались в воздухе серебряные капли - будто парк продолжал шептать свою утреннюю сказку, не для всех, а только для тех, кто умел слушать.
Юлия БУРЯК